Рабочий день субботы, который стал рабочим-то исключительно по недоразумению какому-то, подходил к концу. Часу в пятом - шестом появилось приятное желание вкусить 0,33л. пшеничного эля, которое он и не постеснялся воплотить в жизнь. Очень приятно, когда в 50м. от офиса есть заведение, где эти самые напитки продают; по пятницам - с особой приветливой улыбкой. Было очевидно, что вечер накануне воскресного пикника надо проводить в полном здравии (читай трезвости) и максимально сконцентировавшись на предстоящей рыбной ловле, но у него совсем никак не получалось последнее.
В двадцать часов, три минуты он поспешил сгрести в ящик стола неразобранные бумаги, заглушил рабочую станцию и, наспех накинув на плечи светлый льняной пиджак, поспешил к выходу. Там, уже на улице, осознавая, что на пару минут опоздал, резвой рысью побежал в сторону Грибоедова. Примерно на уровне сташной вывески с красивым словом "Ямал", не доходя церкви на Архангельском, он смог сзади нежно прикрыть её глаза своими руками и, прижавшись щекой к волосам вдохнуть их знакомый аромат. "Добрый вечер" - это всё, что он шепотом сказал в это приятное для обоих мгновение...
Немного неприятно, когда машину задерживают в сервисе дольше запланированного срока, но это с избытком искупляется возможностью одолжить у родственников покататься что-нибудь типа Mazda 323F. Солнце уже спряталось за горизонт, как раз за кладбищем, когда они проезжали эти "родные" дня него 1270м. по приятной аллее, деревья вдоль которой уже начали неравномерно пока зеленеть. Он хотел погасить ближний свет перед шлагбаумом, но понял, что смысла летом в этом нет, так как издалека никто не заметит. Они сделали маленький круг почёта по посёлку, так как она его ещё никогда не видела без снега, и припарковались.
Пока он рубил поленья для камина она сделала что-то такое, что заставило его испугаться по возвращению из подвала с дровами. Смятение его было вызвано тем, что, вместо молчаливого сидения на диванчике или сочинения sms-ок подружкам/друзьям, время гостьи было занято приготовлением скромного ужина. Она сама нашла нужную посуду, распаковала и подготовила купленный по-дороге сыр, нарезала колечек лимона именно такое количество, чтобы по их съедении ему не стало плохо, а именно ровно 2 лимона, из расчёта, что половинку она съест сама. Колечки лимона специально были подготовлены разной толщины, потому что в зависимости от обстановки в каждый конкретный момент, ему может понадобиться или толще, или тоньше колечко.
Они почти весь вечер молчали. Скорей всего потому, что никому не хотелось нарушать ту романтическую встречу, которая произошла у них на "Чистых прудах" несколько часов назад. Языки пламени по абсолютно случайной и каждый раз уникальной траектории переливались в камине, а теплое его дыхание проникало как раз в самые затаённые уголки души. Совершенно не хотелось спать и они просто тихо сидели, наслаждаясь друг другом в этом, отрезанным на тот вечер от всего мира, уголке планеты...